bkz.tom.ru | Поиск по сайту | Карта сайта | Архив | Документы учреждения |

Волшебство русской музыки. Репетиция перед Москвой

Концерт «Волшебное озеро» прошел с аншлагом в Большом концертном зале

От этого концерта ждали волшебства. Его обещало и название – «Волшебное озеро», и сама музыка Лядова, Чайковского и Рахманинова. И даже мастер-класс по старинным танцам от студии «Мистерия», который предварял сам концерт, настраивал на нечто необыкновенное, близкое к волшебству.

Симфонический оркестр, маэстро Михаил Грановский и пианист Евгений Михайлов, солировавший в Концерте №2 для фортепиано с оркестром, сделали все возможное, чтобы создать это волшебное, радостно-весеннее настроение у слушателей.

Для постоянных слушателей неожиданности начались с того, что музыканты сели не так, как обычно. Скрипки расположились по обе стороны от дирижера и рояля, виолончели заняли место вторых скрипок, а контрабасы расположились сразу за ними и по левую руку от маэстро, альты и литавры – по правую, ближе к центру сместились валторны.

Когда зазвучала сказочная картина Лядова «Волшебное озеро», тогда и стало понятно, что немецкая рассадка оркестра, к которой прибегнул маэстро Грановский, и обеспечивает желанное волшебство. Ведь струнным, прежде всего, скрипкам композитор доверил создание колышущейся зыбкой ряби. Их сурдинное (приглушенное) звучание создавали матовый, почти мистический звук, а значит, и общую фанстастически-холодную картину «Озера». На фоне общей вполне достойной игры всех струнных все-таки выделялась первая скрипка оркестра – исполнение Семена Промое действительно рождало ощущение волшебства. Если добавить, что стаккато флейт вместе с «мерцающими» звуками челесты (Павел Шинкевич) и арфы Екатерины Лаптевой писали картину звездного неба, то общее впечатление у слушателей сложилось таким, каким его задумывал А. Лядов и к которому, думается, стремился Михаил Грановский.

Необычность Второго концерта Чайковского не столько в том, что он редко исполняется, сколько в его нетрадиционной второй части, которая построена, как концертное трио скрипки, фортепиано и виолончели с оркестром. Именно трио Евгения Михайлова (фортепиано), Семена Промое (скрипка) и Антон Юрченко (виолончель) и создали то волшебное состояние, когда получаешь удовольствие от каждой музыкальной фразы, когда испытываешь наслаждение от звучания всего оркестра и солирующих инструментов. Красота формы убеждает, что Концерт №2 – действительно редкий шедевр русского симфонизма.

Сложнее говорить о волшебстве Третьей симфонии Сергея Рахманинова. Сотканная из противоречий, она не воспринимается, как нечто цельное. В интерпретации маэстро Михаила Грановского это сочинение композитора, которое принято трактовать как выражение тоски по России, прозвучало скорее, как предупреждение о надвигающейся опасности. Красоты русской природы, лиричность и напевность, в которой чувствовалась рахманиновская любовь к России, как-то отступили перед резкими аккордами всего оркестра, стремительностью и тревожностью ускоренного темпа виолончельных мелодий. Акценты тарелок и литавр вкупе с ровной мелкой дробью малого барабана и мрачным звучанием деревянных духовых заставили вспомнить о времени создания симфонии, о том тревожном ожидании, что повисло над всей Европой, когда в Германии к власти пришел Гитлер. Но в этой пронзительно-тревожной красоте симфонии слышался голос современного человека, человека глубоко и тонко переживающего все происходящее вокруг.

- Если оркестр может качественно исполнить такое произведение, как Третья симфония Рахманинова, то это говорит об определенно высоком уровне коллектива, - комментировал Михаил Грановский выбор произведений, предложенных Московской филармонией.

Ведь для самого симфонического оркестра концерт 7 марта был, по сути, генеральной репетицией перед поездкой в Москву, где он выступит 12 марта на главной академической сцене страны. Будем надеяться, что концерт в зале Чайковского будет иметь такой же успех у публики, как и в 1988-м году, когда Томский симфонический впервые играл там.

Текст: Татьяна ВЕСНИНА.