bkz.tom.ru | Поиск по сайту | Карта сайта | Архив | Документы учреждения |

Век нынешний и век минувший в зеркале музыки


Мировая премьера завершила летнюю часть Международного фестиваля «Классическое лето» имени Эдисона Денисова

Томск свято чтит память о своем знаменитом земляке с мировым именем Эдисоне Денисове. В связи с этим музыкальная жизнь города вот уже много лет наполнена различными событиями, когда звучат произведения Денисова и других композиторов ХХ-ХХI веков, проводятся композиторские конкурсы для начинающих и более опытных авторов, на научных конференциях выступают исследователи современной музыки.

В год 90-летия музыканта Томская областная филармония стала инициатором еще одного масштабного проекта – Международного музыкального фестиваля «Классическое лето» имени Эдисона Денисова». Фестиваль, поддержанный грантом Министерства культуры Российской Федерации, начался в памятные апрельские дни и закончится в ноябре постановкой оперы Денисова «Иван-солдат».

Очередной концерт фестиваля состоялся 30 июня. Его программа очень хорошо вписалась в «классический» формат. «Классичность» проявилась как в хронологическом подборе произведений, так и в жанроопределении, характере, исполнительской стилистике музыки. В концерте прозвучали образцы музыки, созданные в начале, средине и конце ХХ века и ставшие его классикой, состоялась мировая премьера нового сочинения, посвященного томским музыкантам.



Первой была исполнена «Сибирская поэма» Алексея Чернакова, которую он посвятил Михаилу Грановскому и возглавляемому им Томскому академическому симфоническому оркестру. А. Чернаков – достаточно молодой автор (1988 г.р.), но в своем произведении предстает вполне сформировавшимся и опытным композитором, способным создавать зрелую, классически выверенную музыку. Именно так воспринимается его поэма, отражающая в своем звучании напряженно-тревожную, драматическую атмосферу современного бытия, в то же время передающая лирические излияния человеческой души, и завершающаяся решительно-героическим финальным утверждением.

В характере музыки также вполне «прослушивается» и ее адресность, зафиксированная в названии. На первый взгляд, появление произведения объясняется внешними причинами – композитор родился на сибирской земле (в г. Новосибирске), посвятил его сибирским музыкантам. Казалось бы, уже этого достаточно, чтобы дать сочинению соответствующее название. Но композитор идет дальше. Он старается передать в музыке, ее интонационном, эмоциональном строе, общем драматическом звучании и коллизии истории через сложный гармонический язык, решительные ритмы, мелодико-гармонические «взлеты» и «ниспадания», и широту просторов сибирского края через мелодические построения широкого дыхания.

А. Чернаков представил широкомасштабное симфоническое полотно, продемонстрировал мастерское владение оркестровкой, максимально использовав возможности инструментов как по их строю, диапазону, тембровой специфике – в оркестр включены, например, альтовая флейта, пикколо-кларнет, бас-кларнет, английский рожок), так и по технике исполнения – инструменты «выходят» на крайние пределы своих диапазонов, «выполняют» виртуозные пассажи, хроматически сложные мелодические рулады, «строят» остро звучащие аккордовые комплексы.



«Тихой кульминацией» первого отделения стал концерт для валторны с оркестром Си-бемоль мажор Рейнгольда Глиэра. Этим произведением была представлена музыка середины ХХ века (время создания – 1951-1952 годы). Сугубо оркестровый инструмент валторна у Глиэра предстает во всей красе своего мягкого, теплого, задушевного тембра. Солисту Захару Никифорову удалось показать высокую техническую оснащенность, несмотря на то, что солирующий инструмент в концерте демонстрирует достаточно приглушенную звучность, со спокойным, порой даже умиротворенным звуковедением. Этим объясняется и то, что оркестр не выходит на полную громкостную динамику, он как бы оттеняет певучесть и нежность валторнового звука. В концерте взаимо дополняют друг друга оптимистично-радостные или танцевальные образы оркестровой звучности (1 и 3 части) и тихая лирика (1 часть), пасторальность (2 часть), мягкая танцевальность (3 часть) солирующей валторны.



Ключевым произведением концертного вечера стала грандиозная симфония № 3 «Зеркало» Андрея Тихомирова. Это глобальное по своей концепции и масштабное по объему сочинение определило и одноименное название всего концерта.
Симфония «Зеркало» была написана композитором в 1997 году, тогда же состоялись ее премьерные исполнения в Санкт-Петербурге и Волгограде. Но автор еще несколько раз возвращался к работе над партитурой. В Томске сочинение прозвучало в новой, недавно завершенной, редакции. Импульсом к созданию крупного симфонического произведения послужил одноименный романс на стихотворение Ивана Бунина «Одиночество», написанный Тихомировым еще в 1985 году.

Стихотворение поэта Серебряного века появилось на пороге ХХ столетия и отразило чувства и состояние души человека, переживающего драму личной жизни. Композитор конца ХХ века уже несколько по иному трактует вербальный текст – в романсе старается уловить глубинные символические смыслы, выявляющиеся сквозь бурные события последующих десятилетий, а в симфонии помещает его в концептуально развертывающееся драматическое полотно. Интересно, что название стихотворения Бунина композитор присваивает первой части симфонии – инструментальной и философски обобщающей личную драму творческой индивидуальности, а текст «передает» третьей части под названием «Молчание». Здесь посредством слов в вокальной партии, которую в концерте исполнил Народный артист Бурятии бас Шагдар Зондуев, воплощается некий символ молчаливого послесловия, лирического осмысления сложных перипетий многотрудной истории целого столетия с его драмами и трагедиями личного и общественно-социального порядка. Такое содержание части обусловило ее интимно-камерный характер.



Драматургически объединяющей крайние части, сцепляющей их в единую и в то же время многосложную линию, выступает вторая часть – «Марш». Это интонационно, ритмически, гармонически насыщенный центр симфонии, с одной стороны, отсылающий к музыкально-звуковой атрибутике ХХ века с его бравурной или по-бытовому сниженной маршевостью и песенностью, а, с другой стороны, воплощающий эмоциональный восторг от вовлечения героя в марширующую колонну масс, охваченную радостью всеобщего единения. Но за внешней, весьма благополучной, радостно-советской звуковой атмосферой проступают абсолютно инфернальные образы страшной действительности – прорываются жесткие и напористые, с капризным ритмом мелодические образования, появляющиеся то в партиях медных духовых, то в зловещем ритме у виолончелей или в соединении фаготов с трубами и барабанной дробью, особенно устрашающим воспринимается возглас сирены и издевательски пронзительно, в хроматически изломанном виде несколько раз звучит туш.

Симфония А. Тихомирова написана сложным, остро-напряженным музыкальным языком с использованием всевозможных исполнительских приемов и техник. В третью часть композитор включил фонограмму, воспроизводящую в магнитофонной записи с характерным шипением и потрескиванием звучание музыкального мира советской эпохи. Но интонационно музыка в магнитофонной записи не особо контрастирует языку сегодняшнего Тихомирова, что вполне объяснимо названием симфонии. В этом можно увидеть зеркальность взаимоотражения прошлого в современном, современного в прошлом. Жизнь – явление неоднозначное, сложное, связанное различными нитями и с предшествующим и с последующим.



Празднично-блестящим финальным аккордом прозвучала в концерте Рапсодия в стиле блюз Джорджа Гершвина. В переложении для трубы с оркестром ее зрителям представил солист филармонии Алексей Шелест. После напряженной и концептуально серьезной музыки А. Тихомирова зрители смогли эмоционально переключиться и отдохнуть, слушая симфоджаз американского композитора – произведение легкое, мелодичное, с завораживающими синкопированными ритмами. Труба Алексея Шелеста пела, танцевала, игриво извивалась на разных высотных уровнях, разбрасывалась разнообразными мелодическими и ритмическими пассажами и фигурациями, демонстрировала своеобразные тембры (включая сурдины) и способы звукоизвлечения. Слушатели буквально были ошеломлены брызжущим весельем и радостью американской музыки, созданной почти сто лет назад, и бурными овациями благодарили исполнителей – солиста и оркестр.

Текст: Елена ТЮРИКОВА, музыковед, кандидат искусствоведения.

Фото: Игорь ВОЛК.